> Помогите ребёнку на реабилитацию <

Храм Живоначальной Троицы на Воробьёвых горах -

 001   002
В начало текстаВ конец текста
- Библейский персонаж Апостол Петр Нам, людям, нельзя быть самоуверенными. Одно из наших имен – немощь. Вместо «человека умелого» и «человека разумного» наука могла бы нас назвать «человеком немощным». Даже те, от которых менее всего ожидаешь дрожи в коленах, по временам ослабевают и теряют самообладание. Яркий пример – апостол Петр. Волевой и смелый, горячий и порывистый, этот Апостол вошел в историю не только исповеданием веры в окрестностях Кесарии Филипповой и проповедью Благой Вести, но и отречением во дворе архиерея.

Кто-то не боится вступить в рукопашную с двумя или тремя противниками, но каменеет от страха при звуке бормашинки. Кому-то не страшны ни болезнь, ни бедность, но изгнание из родины может свести его в гроб. Другими словами, у нас всегда есть хотя бы одна болевая точка, и прикосновение к ней для нас нестерпимо. Потому и победа над собой была всегда более славной, чем победа над тысячами внешних врагов.

Петр пример человека, который, как Иаков, дерзает бороться с Ангелом, но может испугаться собачьего лая. Так тезка его, Петр Первый, одолел и Софью, и Карла, но до смерти боялся тараканов. Эти «камни» – именно так переводится «Петр» – не боялись ударов молота, но их могли пробить насквозь равномерно падающие капли воды.

Вода, кстати, и проявила это свойство души Апостола. Увидев Христа, ходящего по морю, Петр попросил разрешить ему также по воде прийти ко Христу. Услышав из уст Господа «Иди! », он пошел, но… испугался волн и ветра. Акафист Сладчайшему Иисусу говорит о том, что внутри у Петра была в это время «буря помышлений сумнительных». Душа смутилась от наплыва разных помыслов, испугалась сама себя в этом новом, неожиданном состоянии, и Петр начал тонуть.

Нечто подобное было и во дворе архиерея. До этого Кифа бросался с мечом на воинов, пришедших в Гефсиманию. Он даже отсек ухо одному из пришедших. Но вот во дворе у костра, когда утихло волнение в крови, когда Невинный уже был связан и торжество зла становилось густым, как тучи, Петр испугался женщины. В известное время он был готов драться с мечом в руках против любого мужчины. Он не врал, говоря, что готов за Христом идти и в темницу, и на смерть. Вот только человек сам себя не знает, и храбрый Петр оказался трусом перед лицом служанки, приставшей к нему с вопросами.

Я хочу бросить тень на святого? Боже сохрани. Я радуюсь его немощи? Нет. Я оплакиваю в нем себя и тебя, потому что вижу в нем слепок со всего человечества.

Писание не по ошибке и не случайно открывает падения праведных. Лотово пьянство с последующим кровосмешением, Соломоново женонеистовство, Давидов блуд… Это не для того, чтобы грешники оправдывали себя чужими грехами. Это для того, чтобы на фоне самых лучших людей мира, которые, оказывается, тоже грешники, засиял Единый Безгрешный и мы могли на Литургии петь «Един Свят, Един Господь, Иисус Христос во славу Бога Отца. Аминь».

Свое согрешение Петр оплакивал всю жизнь. А вот оплакал ли я свои грехи? Научился ли у Петра покаянию? Ведь и мы, греша, отрекаемся от Господа. Тебе единому согрешил ( Пс. 50: 6 ) , – говорит Давид, потому что грех – это не нарушение параграфа из книжки с моральными правилами. Грех – это деятельное отречение от Творца, отказ Ему служить.

У Арсения Тарковского есть стихотворение, в котором автор во сне переживает весь ужас отречения и просыпается встревоженным. Вот это стихотворение: Просыпается тело, Напрягается слух.

Что здесь удалось поэту? Удалось чужой грех почувствовать как свой, а может – найти себя самого в чьем-то опыте греха и последовавшего затем исправления. Евангелие ведь, кроме как о Господе, не говорит только о Петре, Иоанне, Каиафе, Иуде. Оно должно говорить и обо мне. Среди блудниц и прокаженных, мытарей и книжников где-то всегда есть мое место. Если его нет – Евангелие незачем читать ни дома, ни в храме. Тогда это всего лишь история о людях, встретивших Бога когда-то давно и где-то далеко. Тогда это не про меня, а значит, и не для меня. Но в том-то и раскрывается всё волшебство жизни Бога среди людей, что, говоря с самарянкой у колодца, Он разговаривает и со мной. И Петр, трижды повторяющий: «Не знаю Человека», – касается меня тоже. Арсений Тарковский это почувствовал.

Не он один.
 001   002
В начало текстаВ конец текста

Вам может быть интересно:

петром тупицыным | священномученик протоиерей александр михайлович туберовский | ангел фрагмент композиции страшный суд | церковь илии пророка тутке | петром коместором |

Предыдущий текст

Источник текста


Постоянная ссылка: Храм Живоначальной Троицы на Воробьёвых горах -
> Помогите ребёнку на реабилитацию <
ПОИСКОВ.РФДля Вебмастера