> Дело дня: Помогите ребёнку <

Византийские Отцы V-VIII веков, Часть 7 - читать, скачать - ...

  001   002  003   004   005   006   007
В начало текстаВ конец текста
Промышление есть некое совершенно реальное вездеприсутствие Божие, – своим промышлением Бог присутствует во всем и как бы становится всем во всем ради всеобщего спасения и блага, – Бог как бы исходит из Себя, – неизменно и непрестанно исходит в мир, и однако в этом непрестанном действовании своем остается недвижным и неизменным, остается при себе в совершенном тожестве и простоте своего собственного бытия, – тот же и иной.

В Божественном промышлении таинственно совпадание пребывание и подвижность, стояние и движение, – στάσις и κίνησις. Это и выражают неоплатонический символ круга, в центре которого сходятся все лучи, – «образ ума» по Проклу... Бог и вечно исходит, и пребывает, и возвращается... Это пребывание и движение Бога в мире для Дионисия не означает никакого слияния или растворения. Оно означает, объясняет Дионисий, не какое либо «изменение», или «пременение», или «превращение», но только то, что Бог все сущетворит, приводит в бытие и содержит, таинственно все обнимая, и как бы охватывает своим разновидным промышлением... В своем нисхождении к причастникам своим, Богоначальная благость не выступает из своей существенной недвижности... Божество сверхсущественно отделено, «изъято», от мира, – здесь есть последняя и окончательная грань, последнее зияние, hiаtus или trаns (непреходимое ύπέρ) . Божественные силы множественны и многообразны, Дионисий их так и называет: различения, διακρίσεις. Но множественность Божественных даров и действий не нарушает единства и тожества Божественного бытия. По действиям своим Бог многоименит, но в непреложной и неизменяемой простоте своего собственного бытия он выше всякого слова и имени. И по мере приближения к самому Богу язык бледнеет и оскудевает в словах. Часть 2 4. Среди имен Божиих Дионисий на первом месте называет благость, τό άγαθόν. По причине благости своей Бог и творит, и созидает, и животворит, и совершает всяческая. Благу свойственно благотворить. Так от источника света повсюду распростираются его живительные лучи, так и Первоверховное Благо своим неизменным сиянием озаряет все существующее, источает повсюду свои сверхсущностные и животворящие лучи, «лучи всецелой благости». Солнце есть только видимый и отдаленный образ Божественного и духовного Света. Свет есть образ Блага. К этому лучезарному свету все существующее стремится и тяготеет. И только чрез причастие этим лучезарным озарениям, в меру вместимости, все существующее и существует, и живет, – поскольку оно как бы пронизано лучами духовного и умного света. Вместе с тем, эти светоносные лучи можно назвать «лучами Божественного мрака», ибо они слепят силою своего невместимого света, – «неприступный свет» Божества есть мрак, неудобозримый от чрезмерности источаемого освещения... Здесь Дионисий даже словесно близок к Проклу, воспроизводит неоплатоническую метафизику света. Впрочем, эта метафизика и связанный с нею язык были усвоены церковным богословием много раньше; еще Григорий Богослов говорил: «что Бог в умном мире, то солнце в чувственном»... И вся христианская символика пронизана этой метафизикой света, корни и начала которой гораздо глубже неоплатонизма...

Благо, как умный и всепроникающий свет, есть начало единства, Неведение есть начало разделения. И духовный свет, рассеивающий тьму неразумия, собирает все воедино, приводит дробящие сомнения к единому знанию, истинному, чистому и простому. Свет есть единство и порождает единство, – единотворящие лучи... Бог есть единство, или лучше, сверхъединство, – единство, все единотворящее, все единящее и воссоединяющее... Единство Божие обозначает, прежде всего, совершенную простоту и неделимость Божественного бытия. Бог именуется «Единым», потому что в неделимой простоте своей Он пребывает выше всякой множественности, хотя и есть Творец многого. Он выше не только множественности, но и единичности, но и всякого вообще числа. И вместе с тем он есть и начало, и причина, и мера всякого счисления. Ибо всякое счисление предполагает единство, и множественность может существовать только в пределах высшего единства. Мир существует чрез совершенное единство Божественного промышления. Все бытие тяготеет к единому средоточию, из которого излучаются содержащие его Божественные силы, – и в этом основа его устойчивости. Это не внешняя зависимость и не подневольное притяжение, но влечение любви. Все устремляется к Богу, как к своей причине и цели, ибо от Него все исходит и к Нему все возвращается, чрез Него и в Нем существует. Все к нему устремляется, ибо все от Его любви исходит, ибо Он есть Благо и Красота, – а Благу и Красоте подобает быть предметом влечения и любви... Божественная любовь, как некое исступление, охватывает любящих, εστί δέ καί έκστατικός ό θεϊ о ς έρως... Эту любовь воспламеняет сам Бог, – нежным дуновением своей благости. В любви источается благо. Благо влечет в себе, открываясь, как предмет любви.
  001   002  003   004   005   006   007
В начало текстаВ конец текста

Предыдущий текст

Источник текста

Вам может быть интересно:

чинами ангельскими | ладан ливан | плагальных лада | ладанные книги | ливана ладана |
Постоянная ссылка: Византийские Отцы V-VIII веков, Часть 7 - читать, скачать - протоиерей Георгий Флоровский
> Дело дня: Помогите ребёнку <
ПОИСКОВ.РФДля Вебмастера