> Помогите ребёнку на реабилитацию <

Атланты держат небо? | Православие и мир

  001  002   003   004   005
В начало текстаВ конец текста
Возможно, что для переезда ящики использовали вторично. На самом деле учет велся очень тщательно, поскольку всё, что забиралось из церквей, предназначалось для переплавки. А в музеях осталось то, что удалось спасти.

Вещь в другом контексте Церковь хочет получить обратно когда-то взятое у нее, а музеи сопротивляются этому. Чем обосновывается это сопротивление?

Михаил Пиотровский: Историческая роль музеев всегда состояла в том, чтобы сохранять культурное наследие, частью которого является и церковное наследие, и дальше передавать его в несколько ином контексте. Скажем, христианство уничтожало античные скульптуры… Епископ Назарий: Надеюсь, вы лучше меня знаете, что и с пирамид стесывали имя предыдущего фараона… Михаил Пиотровский: Да, но в то же время – под эгидой христианства же – возникли музеи, куда античные скульптуры переходили уже как музейные вещи. Действительно, во времена революций попирались культурные ценности противников, но одна из функций музеев – вынимать вещи из предыдущего контекста, называть их искусством и, уже независимо, сохранять. И они, кстати, приобретают в музеях новые грани. Религиозные предметы, изъятые у Церкви и находившиеся в музеях в советское время, определенным образом воспитывали публику. В том числе и религиозно. К полотнам Рафаэля всегда приводили детей, чтобы рассказать им о Библии. И кто такой апостол Павел в советское время узнавали из картины великого Веронезе “Обращение Савла”.

Епископ Назарий: Выставленная в музее, как картина, икона не теряет своего сакрального содержания, это так, но это не от музея зависит.

Михаил Пиотровский: Однако в музеи приходят люди, которые не придут в церковь. Поэтому очень важно, чтобы они встречались у нас с церковным искусством.

Епископ Назарий: Любой может прийти как в музей, так и в храм. Мы же не спрашиваем на пороге храма: верующий ты или нет? Человек приходит, и всё. Но хочу заметить, что музейные специалисты хорошо знают церковное искусство только с точки зрения искусства. А с точки зрения внутреннего духовного содержания, которым пропитана каждая деталь, увы, его не знают даже самые великие арткритики. Поэтому не надо обольщаться, что люди, которые ходят в музеи и не ходят в церковь, так уж поймут суть веры.

Михаил Пиотровский: Но в музее о многом узнают больше, чем в храме. Музеи – учреждения образовательные. Хотя, наверное, некоторые вещи можно узнать только в храме. В церкви и музее – разные контексты восприятия. И, учитывая возникшую новую музейную функцию по отношению к уже изъятой из церковного контекста вещи, нужно в каждом случае отдельно обсуждать и решать: здесь вынимание из контекста нормально, а здесь оно по большому счету не соответствует смыслу вещи, как в случае с мощами в музее. Спор о раке Михаил Пиотровский: И тут для нас очень показательна история, которая сейчас у всех на слуху: с надгробием Александра Невского. Это не икона, не предмет поклонения.

Епископ Назарий: Однако от сакрального начала рака не свободна. Соприкоснувшееся со святыми мощами для верующего также становится святыней. И икона освятится, если в нее будут помещены мощи.

Михаил Пиотровский: Но для нас это как раз вещь, изъятая из контекста и обретшая в музее новый контекст. Ее новая функция активно вписалась в жизнь Эрмитажа. Да, ее отняли у Церкви, но оглянемся на историю: когда-то Петр отнял мощи Александра Невского у Владимира и перенес в Петербург, не возвращать же их теперь во Владимир?

Епископ Назарий: Мощи не отчуждались из Церкви, они в ней остались, хотя, наверное, сами владимирцы не ликовали по поводу указа императора.

Михаил Пиотровский: Но теперь не мощи, а надгробие стоит в Зимнем дворце, вся внутренняя программа которого построена как символ военного торжества России: фельдмаршальский зал, военная галерея, Александр I на всех углах. И Александр Невский с его победами над немцами на Неве изображен на наших барельефах. И поэтому его надгробие совершенно замечательно вписалось в общую историческую и символическую “схему” Зимнего дворца. Наш Музей-дворец если что-то не принимает, так не принимает. А эту вещь он “принял”. Миллионы людей приходят именно в Эрмитаж посмотреть на нее. Я считаю, что ничего плохого не будет, если надгробие останется в музее, а для хранения мощей святого будет изготовлена и освящена копия. Тем более что, будучи освященной и соприкоснувшись с мощами, эта копия приобретет сакральный смысл.

Епископ Назарий: Но если рака будет у нас, то и в храм больше людей будут идти.
  001  002   003   004   005
В начало текстаВ конец текста

Источник текста

Вам может быть интересно:

файл:предметы музейной комнаты.png | центр временного содержания несовершеннолетних правонарушителей | михаилом феодоровичем | временного высшего церковного совета | иверская икона божией матери |
Постоянная ссылка: Атланты держат небо? | Православие и мир
> Помогите ребёнку на реабилитацию <
ПОИСКОВ.РФДля Вебмастера